Учим китайский язык
Реклама
Главная > Статьи о Китае > Дмитрий Алемасов > Загадочное слово «выписка»
Загадочное слово «выписка»
Загадочное слово «выписка»
Затронутая Алексеем Котельниковым тема «каталожной лихорадки» пробудила ностальгические воспоминания о двух семестрах, проведенных в 1986-87 годах в Китае.
Когда я собирался на учебу за границу, мысль о возможности приобретения хорошей электроники меня даже не посещала — ехать предстояло в Китай, а не в Японию. Собственно говоря, просто сама возможность оказаться в стране, которой посвятил дальнейшую жизнь и профессиональную деятельность, затмевала все другие соображения.
В августе 1986 года практикантов-китаистов со всего Советского Союза собрали в Министерстве высшего образования для инструктажа и организованной отправки в КНР. Вот там я услышал от практичных московских коллег малопонятное слово «выписка» и имя «Чарли».
На совещании в Минвузе меня отделили от других уроженцев Читы (их отправили в Пекин) и распределили в Далянь. Однако ехали мы все через китайскую столицу.
В первый же день в Пекине мы своей маленькой даляньской колонией совершили большую прогулку по городу. В магазине «Дружба» на Чаоянмэнь, который, похоже, не миновать ни одному иностранцу в Пекине, я обратил внимание на скудный выбор бытовой электроники. Старший нашей группы Коля Пигарев сказал мне, что горевать не о чем, у Чарли мы сможем выписать какую угодно технику. От него я и узнал о процветавшей в те годы системе заказов самых разных вещей у поставщиков из Гонконга.
В британской колонии существовало множество фирм, которые занимались торговлей по каталогам, в принципе аналогичным известному в СССР немецкому «Отто». Разница заключалось в том, что гонконгские фирмы, пользуясь таможенным режимом своей территории, поставляли товары, не облагаемые пошлиной и акцизом. Их клиентами в основном были дипломаты, которые в любой стране обладают правом экстерриториальности и освобождены от импортных пошлин. По таможенным правилам КНР, иностранные специалисты и студенты имели право беспошлинно ввезти или заказать из-за границы по одному экземпляру каждого наименования техники, необходимой для своей непосредственной деятельности. Китайские таможенники были людьми понимающими. Они не возражали против того, что иностранный студент-лингвист должен слушать лингафонные курсы на японском музыкальном центре, смотреть китайские телепередачи на японском телевизоре, записывать их на японский же видеомагнитофон и т. д. Единственное требование — не продавать все эти вещи китайцам и вывезти их из страны после обучения. С этой целью они выписывали каждому, кто пользовался этой системой, документ на специальном бланке, в который вносились все беспошлинные товары. При выезде домой документ надо было предъявить на таможне, которая проверяла, не оставил ли иностранец чего-нибудь из этого списка в Китае.
Советские граждане в Китае устанавливали связи с несколькими фирмами: Richard Kwan Oriental Suppliers Ltd., Clementi Woodmaster Co. Ltd., A. Andrews & Co. (Mail Order) Ltd., United International Suppliers Ltd. и, конечно же, с легендарным Чарли. Про него ходило множество слухов. Например, что Чарли умел говорить по-русски, так как в свое время окончил Одесскую мореходку. Он довольно регулярно наезжал в Пекин, так как почти все советское посольство было его клиентурой. Как-то раз его привезли в посольство два пьяных африканских дипломата, которые не могли остановить свой «мерседес» и долго ездили вокруг клумбы перед входом в здание.
Среди советских студентов в Пекине интересы Чарли продвигал стажер из Бэйда (Пекинского университета) по кличке «Махони», в честь персонажа «Полицейской академии», сыгранного Стивом Гаттенбергом. Говорят, за успешную деятельность Чарли презентовал ему компьютер IBM, стоивший по тем временам дороже 400-кубового мотоцикла Suzuki.
Мы в Даляне были от Пекина далеко, и алчные щупальца Махони до нас не дотянулись. Однако первый заказ пятеро из нас сделали Чарли. Они присмотрели в прошлогоднем каталоге Квана автоматическую «мыльницу» Ricoh и заказали пять экземпляров оной. Чарли прислал их авиапосылкой, вложив в коробочку десять калькуляторов на солнечных батареях в подарок для каждого из нашей группы.
Далее выписка пошла по более организованному пути. Из Пекина мы получили адреса основных поставщиков, и двое из нас занялись установлением контактов с ними от имени всей группы. Мне выпало общение с Кваном и United International Suppliers. К ноябрю поднакопили денег и решили сделать первый заказ у United, чей каталог уже прибыл.
Все потребные вещи аккуратно вписали в табличку и отправили в фирму. В ответном письме United прислал полную калькуляцию на условиях СИФ Далянь. Мы возблагодарили Бога за то, что попали в портовый город, так как стоимость доставки по сравнению с тем же Пекином оказалась сущими копейками. Написали письмо, подтверждающее заказ, и вложили туда чек на всю сумму, оформленный в пользу поставщика в Bank of China.
Потом сходили в городскую таможню, рассказали о намерении получить из Гонконга электронику. Таможенники отнеслись очень доброжелательно и согласились оформить соответствующие бланки.
Вскоре United прислал второй экземпляр коносамента. Там было указано название судна, на котором ехал наш ящик. Мы стали регулярно названивать в порт и спрашивать, не прибыло ли это судно.
На очередной звонок был получен утвердительный ответ. Мы мгновенно собрались, взяли на всякий случай денег и рванулись в порт.
Там нам показали судно. Я был удивлен, что эта ржавая посудина сумела пройти неспокойный Тайваньский пролив и добраться до Дальнего. Служащие порта нашли контейнер, где лежал наш заказ. К разгрузке его не приступали. Чтобы не ждать еще несколько дней, по инициативе нашего шустрого Вовы мы сбросились по червонцу и отловили бригадира грузчиков. Тот согласился добыть ящик из недр контейнера прямо в нашем присутствии.
Ящик был у задней стенки контейнера, так что грузчикам пришлось отработать наши деньги сполна. Добыв его, мы попросили бригадира отвезти его на погрузчике в портовую таможню. Таможенники к нам не придирались, вписали заказанное в наши бумаги и отпустили с миром.
Мы не стали тащить ящик с собой, а перегрузили его содержимое в нанятый микроавтобус. В общежитие мы прибыли триумфаторами. С радостными воплями таскали коробки с техникой наверх, а наши японские и другие соученики глазели на бесплатное зрелище и подбадривали нас своими воплями.
До полуночи на нашем этаже звучала музыка: мы делали копии заказанных оригинальных кассет.
Следующую подобную акцию мы совершили весной, но она показалась уже несколько рутинной.
Неудобством этого способа приобретения техники являлась растянутость во времени. Под конец у многих из нас остались нереализованные валютные юани. В посольстве предлагали их обмен 1:1 на чеки Внешпосылторга, которые принимались в системе «Березка», канувшей в лету вместе с Советским Союзом. И хотя это было гораздо менее выгодно, чем менять waihuijuan на доллары, а уж потом на чеки, я так и поступил.
Забавное то было время. Телевизоры и VHS-видюшники были почти такие же, как сейчас. Продавалось много видеомагнитофонов ныне покойного стандарта Betamax. Фильмы в каталогах предлагались в обоих форматах: VHS и Betamax. Главным носителем музыки считалась компакт-кассета; виниловых дисков было еще очень много, а компакт-диски считались неслыханной роскошью. Был всего один стандарт видеодисков: LaserVision, он же LaserDisc, 30 сантиметров в диаметре. Эти штуки были только для особо богатых и продвинутых, а о скором появлении VideoCD и затем DVD никто даже не догадывался. Компьютеры ныне привычной Wintel-архитектуры назывались исключительно IBM-совместимыми и по цене были недоступными для приобретения обычными потребителями. Работали они под DOS, потому что Билл Гейтс был тогда молод и еще не придумал Windows. Достойными домашними машинами считались известные только старому поколению Spectrum ZX и Commodore 64 (для молодого поколения: 64 означает не разрядность процессора, а количество КИЛОБАЙТ оперативной памяти). Автоматические фотоаппараты, ныне повсеместно известные как «мыльницы», тогда ласково назывались «дурачками» и продавались в Союзе дороже вполне приличных зенитовских зеркалок. Камкордеры (видеокамеры) стоили запредельно дорого, мы видели их живьем только в руках богатых западных и японских туристов. Студентам из Японии они были, как и нам, не по карману.
Советская действительность наложила отпечаток на наши предпочтения. Практически никто не заказывал видеокассет с фильмами, потому что они были дороги, и существовала вероятность, что какой-нибудь бдительный таможенник усмотрит в них антисоветчину и отберет кассеты на границе. Существовал также перечень музыкальных коллективов, чьи записи нельзя было ввозить в СССР. Единственное, что я могу сейчас вспомнить из этого списка — Nazareth.
Практика выписки товаров из Гонконга принесла полезный жизненный опыт. Я научился разбираться в технике, и, самое главное, получил практические уроки деловой переписки и делового английского языка. Сейчас, изредка заказывая книги в BarnesAndNoble, я вспоминаю то время как хорошую школу.
Комментарии:
|
В контексте вспоминается еще одно слово - "каталожствовать", что означало провести упоительный вечер обложившись упомянутыми в тексте каталогами, мучительно выбирая нужную марку и модель. Особый оттенок придавал этому термину определенный дефицит межгендерного общения. |
|
Статья положительно отличается хорошим стилем, приятным юмором , ностальгтей по молодоти, положительным отношением к китайскому обществу и подчеркивает что ИМЕННО ГОНКОНГ и выписка из него товаров и научили автора жизненному опыту и, по все видимости, и вывели его в ЛЮДИ.... |
Добавить комментарий:
Звездочкой * отмечены поля, заполнение которых обязательно.
